RSS лента

Шестипалый

Сретенье

Оценить эту запись
И старец воспринял Младенца из рук
Марии; и три человека вокруг
Младенца стояли, как зыбкая рама,
в то утро, затеряны в сумраке храма.

Тот храм обступал их, как замерший лес.
От взглядов людей и от взора небес
вершины скрывали, сумев распластаться,
в то утро Марию, пророчицу, старца.

И только на темя случайным лучом
свет падал Младенцу; но Он ни о чем
не ведал еще и посапывал сонно,
покоясь на крепких руках Симеона.

А было поведано старцу сему
о том, что увидит он смертную тьму
не прежде, чем Сына увидит Господня.
Свершилось. И старец промолвил: «Сегодня,

реченное некогда слово храня,
Ты с миром, Господь,отпускаешь меня,
затем что глаза мо ивидели это
Дитя: он – твое продолженье и света

источни кдля идолов чтящих племен,
и слава Израиля в нем».- Симеон
умолкнул. Их всех тишина обступила.
Лишь эхо тех слов, задевая стропила,

кружилось какое-то время спустя
над их головами,слегка шелестя
под сводами храма, как некая птица,
что в силах взлететь, ноне в силах спуститься.

И странно им было. Была тишина
не менее странной,чем речь. Смущена,
Мария молчала.«Слова-то какие…»
И старец сказал,повернувшись к Марии:

«В Лежащем сейчас на раменах твоих
паденье одних,возвышенье других,
предмет пререканий и повод к раздорам.
И тем же оружьем,Мария, которым

терзаема плоть Его будет, Твоя
душа будет ранена.Рана сия
даст видеть Тебе, что сокрыто глубоко
в сердцах человеков, как некое око».

Он кончили двинулся к выходу. Вслед
Мария,сутулясь, и тяжестью лет
согбенная Анна безмолвно глядели.
Он шел,уменьшаясь в значень и и в теле

для двух этих женщин под сенью колонн.
Почти подгоняем их взглядами, он
шагал по застывшему храму пустому
к белевшему смутно дверному проему.

И поступь была стариковски тверда.
Лишь голос пророчицы сзади когда
раздался, он шаг придержал свой немного:
но там неего окликали, а Бога

пророчица славить уже начала.
И дверь приближалась.Одежд и чела
уж ветер коснулся, и в уши упрямо
врывался шум жизни за стенами храма.

Он шел умирать. И не в уличный гул
он, дверь отворивши руками, шагнул,
но в глухонемы евладения смерти.
Он шел по пространству,лишенному тверди,

он слышал,что время утратило звук.
И образ Младенца с сияньем вокруг
пушистого темени смертной тропою
душа Симеона несла пред собою,

как некий светильник, в ту черную тьму,
в которой дотоле еще никому
дорогу себе озарять не случалось.
Светильник светил, и тропа расширялась.
Категории
Без категории

Комментарии