RSS лента

Rulla

Бумага сгорела (часть 2)

Оценить эту запись
Кто и когда обозвал это заброшенное здание «Старой Фермой» с точки зрения Эрика было одной из величайших загадок современности. Как и то, почему эту громадину до сих пор не снесли. Может быть, потому что стояла она далеко в стороне и ничему не мешала. Строить на ее месте что-то другое, полезное и красивое, вроде бы, собирались уже раз десять. Но всегда благое начинание по тем или иным причинам срывалось. Видно, какое-то несчастливое место оказалось… Там почти никто и не бывал. Даже, невзирая на то, что ходить на Ферму было запрещено строжайше.
В близи Ферма, и впрямь, производила мрачное впечатление. Одно из крыльев этого длинного пятиэтажного здания, строенного явно еще задолго до Обновления, уже частично обрушилось. Оставшаяся часть тоже недвусмысленно дышала на ладан. Кое-где из стен торчала арматура.
За останками некогда окружавшего Ферму забора земля становилась странной. Среди травы начинали попадаться какие-то плоские, пористые, серые камни. Ступать по ним было неудобно. Они раскалились на солнце и обжигали.
- Здесь раньше асфальт был, стоянка, - непонятно объяснил Гиль. – Ноги береги, тут еще и стекла битого полно.
Эрик посмотрел под ноги, но никакого стекла не увидел.
- И еще здесь собаки живут, - неожиданно добавил Гиль. – Стой. Давай сумку.
Пока Эрик, нервно переступая, прикидывал, куда бежать, если нападут собаки, Гиль, позвякав железом, вынул из своего барахольника небольшой белый сверток.
- Я им печенье даю, и они меня не трогают, - объяснил он.
- Врешь, - усомнился Эрик. – Лучше мне печенье отдай. А собаки – хищные. Они только мясо едят. Их затем и держали до Обновления, чтоб они других зверей рвали.
- Не вру, - обиделся Гиль. – Они, правда, крыс давят, но и сладкое любят тоже.
- Ну, пошли. Бери сумку, - бросил он, рассеянно надкусывая коржик.
Эрик заартачился.
- Сам тащи. Очередь твоя.
Ему, конечно, нередко приходилось носить и подальше, и потяжелее. Каров было немного, они не всюду могли проехать, да и возить были способны, кажется, только собственные аккумуляторы… Но важен был принцип! Гилю тоже не худо было бы заняться оздоровительным трудом.
Гиль пожал плечами.
- Ну, ладно, - подозрительно легко согласился он. – Но тогда тебе печеньем собак кормить придется.
Эрик смирился с неизбежным и понес.

***

Так и не встретив собак, они добрались до входа. За огромным дверным проемом начинались сумрак и тень. В здании оказалось холодно, пусто и гулко. Всюду лежали мусор и пыль. Даже сам воздух, казалось, сохранился здесь со временЭпохи Эскалации Потребления, когда люди строили массу ненужных машин, что бы они производили другие машины, а те – третьи, и так далее. И все это работало на нефти, сжигало кислород и загрязняло атмосферу выхлопами и никотином.
Для того чтобы добраться до запертой двери, им пришлось спуститься по лестнице в подвал. Лестница казалась вполне надежной, но скоро стало темно. Тогда Гиль снова отобрал у Эрика сумку, порылся там, вынул аккумуляторный фонарь и сделал свет, тусклый, но достаточный. С фонарем они вошли в длинный зигзагом изломанный коридор, в который выходило множество небольших комнат. По дороге Гиль зачем-то светил фонариком в каждую их них. Но там не было ничего. Даже притаившихся собак.
По коридору пришлось пройти почти до конца.
- Вот, - сказал Гиль. Обитая жестью дверь находилась в глубокой нише и совершенно сливалась со стеной. Неудивительно, что когда-то утилизаторы пропустили ее. А теперь здесь нечего было делать и утилизаторам. Жесть, идущий поперек двери засов и замок на нем вспухли от ржавчины и намертво приросли друг к другу.
- Ставь.
Гиль раскрыл сумку, и тут-то стало ясно, почему его «инструменты» весили так много.Будучи чистым теоретиком по части взлома, он просто прихватил с собой все железки, которые только смог найти в условиях общества рационального потребления. Там был даже рубанок.
Оглядев свою коллекцию, Гиль выудил какую-то загогулину и неуверенно заковырял ею засов. По подземелью, отдаваясь о каждую стену, раскатился противный скрежет.
Эрику стало жутко. По коже побежали мурашки, в животе сжалось и захолодело. В слабом свете фонаря замерещились какие-то тени. Представить себе что-либо страшнее собак он затруднялся, но сейчас ему стало казаться, что шансы расширить свое образование у него существенно выше среднего.
«Но, ведь Гиль собирался сюда один!» - вспомнил он и устыдился.
- Дай я.
В сумке Эрик с самого начала заприметил внушительного вида молот. Уже со второго удара под ноги ему посыпались обломки засова.
С дверью, конечно же, еще пришлось повозиться, петли заклинило намертво. Пока Эрик, стараясь не наступать на ржавое железо, боролся с упрямой сволочью, отыгрывая сантиметр за сантиметром, Гиль уже просунулся с фонариком внутрь.
- О, - сказал Гиль.
Эрик заглянул тоже. За дверью оказалась небольшая, меньше прочих, комнатка до половины роста забитая… Эрик никак не мог понять чем.
- О, - еще раз сказал Гиль. – А! – догадался он. – Это ж книги! Видно, после Обновления их напихали сюда, чтобы потом переработать или сжечь, да так и забыли.
До сих пор Эрику книг видеть не доводилось. Когда мир обновился, их производство было признано преступным из-за чрезмерной экологической стоимости бумаги. Все же старые книги давным-давно были отправлены в утилизацию. Литература эпохи господства Культа Смерти и Разрушения, наполненная пропагандой насилия, курения, употребления алкоголя и поедания мяса, после Обновления стала никому не нужна.
- Библиотека – кладбище Зеленого Брата, – механически произнес Эрик.
- Э? – не понял Гиль.
- Тьфу ты! История эта прицепилась…
Но Гиль не слушал, он уже полез на кучу и попытался поднять одну из книг сверху. Свалявшаяся за десятилетия в сплошную серую массу бумага рассыпалась в руках. От нее воняло плесенью и чем-то еще. Может быть, книжными червями.
- Лучше ты не дыши этим. Там в пыли черви разводятся. И зачем тебе книги?
- А я читать умею, - важно ответил Гильгамеш, но демонстрировать не стал. Гиль принялся раскапывать кучу, откидывая в сторону жесткие, не поддавшиеся тлению обложки, но скоро бросил.
- Пошли. Ничего здесь нет. И фонарь тухнет.
- Да, - вздохнул Гиль. – И точно. Бумага одна.
- А, вот! – он заметил лежащую в углу коробку.
Коробка немедленно развалилась, и из нее посыпались плоские футляры из прозрачного пластика. Пластик был тоже запрещен к производству из-за высокой экологической стоимости. Ибо плохо разлагался в окружающей среде, при сгорании выделял вредные вещества, а добыча необходимой для его производства нефти приводила к загрязнению океанов.
Впрочем, этот-то пластик, как раз, разложился в окружающей среде хорошо...
- Диски!
- Пошли, - поморщился Эрик, чувствуя, что за время пребывания в подвале в волосы ему набилась какая-то мерзкая радиация. – Сгнило все.
- Нет, - возразил Гиль. – Может, и не сгнило. Давай сумку.
Категории
Без категории

Комментарии