RSS лента

Кальдунья

Турецкий гамбит. Отрывок

Оценить эту запись
- Господин Фандорин жил в гостях у турецкого паши, - вкрадчиво сообщила Варя.

- И тебя там опекал весь гарем? - оживился граф. - Ну расскажи, не будь скотиной.

- Не весь г-гарем, а только кучук-ханум, - пробурчал титулярный советник, явно не желая углубляться в подробности. - Очень славная, отзывчивая д-девушка. И вполне современная. Знает французский и английский, любит Байрона. Медициной интересуется.

Агент открывался с новой, неожиданной стороны, которая Варе отчего-то совсем не понравилась.

- Современная женщина не станет жить в гареме пятнадцатой женой, -отрезала она. - Это унизительно и вообще варварство.

- Пгошу пгощения, мадемуазель, но это не совсем справедливое замечание, - снова заграссировал по-русски д'Эвре, однако сразу же перешел на французский. - Видите ли, за годы странствий по Востоку я неплохо изучил мусульманский быт.

- Да-да, Шарль, расскажите, - попросил Маклафлин. - Я помню вашу серию очерков о гаремной жизни. Она была превосходной. - И ирландец расцвел от собственного великодушия.

- Любой общественный институт, в том числе и многоженство, следует воспринимать в историческом контексте, - профессорским тоном начал д'Эвре, но Зуров скорчил такую физиономию, что француз образумился и заговорил по-человечески. - На самом деле в условиях Востока гарем для женщины - единственно возможный способ выжить. Судите сами: мусульмане с самого начала были народом воинов и пророков. Мужчины жили войной, гибли, и огромное количество женщин оставались вдовами или же вовсе не могли найти себе мужа. Кто бы стал кормить их и их детей? У Магомета было пятнадцать жен, но вовсе не из-за его непомерного сластолюбия, а из человечности. Он брал на себя заботу о вдовах погибших соратников, и в западном смысле эти женщины даже не могли называться его женами. Ведь что такое гарем, господа? Вы представляете себе журчание фонтана, полуголых одалисок, лениво поедающих рахат-лукум, звон монист, пряный аромат духов, и все окутано этакой развратно-пресыщенной дымкой.

- А посредине властелин всего этого курятника, в халате, с кальяном и блаженной улыбкой на красных устах, - мечтательно вставил гусар.

- Должен вас огорчить, мсье ротмистр. Гарем - это кроме жен всякие бедные родственницы, куча детей, в том числе и чужих, многочисленные служанки, доживающие свой век старые рабыни и еще бог знает кто. Всю эту орду должен кормить и содержать кормилец, мужчина. Чем он богаче и могущественней, тем больше у него иждивенцев, тем тяжелей возложенный на него груз ответственности. Система гарема не только гуманна, но и единственно возможна в условиях Востока - иначе многие женщины просто умерли бы от голода.

- Вы прямо описываете какой-то фаланстер, а турецкий муж у вас получается вроде Шарля Фурье, - не выдержала Варя. - Не лучше ли дать женщине возможность самой зарабатывать на жизнь, чем держать ее на положении рабыни?

- Восточное общество медлительно и не склонно к переменам, мадемуазель Барбара, - почтительно ответил француз, так мило произнеся ее имя, что сердиться на него стало совершенно невозможно. - В нем очень мало рабочих мест, за каждое приходится сражаться, и женщине конкуренции с мужчинами не выдержать. К тому же жена вовсе не рабыня. Если муж ей не по нраву, она всегда может вернуть себе свободу. Для этого достаточно создать своему благоверному такую невыносимую жизнь, чтобы он в сердцах воскликнул при свидетелях: "Ты мне больше не жена!" Согласитесь, что довести мужа до такого состояния совсем нетрудно. После этого можно забирать свои, вещи и уходить. Развод на Востоке прост, не то что на Западе. К тому же получается, что муж одинок, а женщины представляют собой целый коллектив. Стоит ли удивляться, что истинная власть принадлежит гарему, а вовсе не его владельцу? Главные лица в Османской империи не султан и великий везир, а мать и любимая жена падишаха. Ну и, разумеется, кизляр-агази - главный евнух гарема.

- А сколько все-таки султану дозволено иметь жен? - спросил Перепелкин и виновато покосился на Соболева. - Я только так, для познавательности спрашиваю.

- Как и любому правоверному, четыре. Однако кроме полноправных жен у падишаха есть еще икбал - нечто вроде фавориток - и совсем юные гедикли, "девы, приятные глазу", претендентки на роль икбал.

- Ну, так-то лучше, - удовлетворенно кивнул Лукан и подкрутил ус, когда Варя смерила его презрительным взглядом.

© Б. Акунин

Комментарии